Материалы Бирюковских чтений-2013

Батаева С.В.

Казачество в годы Великой Отечественной войны

 (1941г.-1945г.) и участие в ней астраханских казаков

 

Одной из малоизвестных страниц Великой Отечественной войны стала история казачьих частей и соединений.

Так вышло, что казачьи части, как и в годы Гражданской войны, оказались по обе стороны фронта. Казачьи дивизии и корпуса сражались в рядах РККА, но и  в составе Вермахта числились казачьи части. Одни казаки воевали под красным знаменем, другие — под трёхцветным власовским стягом и свастикой.

Земли казачьих войск расчленялись, передаваясь в разные области и национальные республики. Казачьи части, сохранившиеся в Красной Армии, были в 1925 году расформированы. Любые кампании гонений в первую очередь обрушивались на казаков. Доходило до того, что люди стали скрывать свою принадлежность к казачеству. По переписи 1926 года на Северном Кавказе вдруг оказалось 44% «украинцев» — таковыми предпочли обозначить себя многие казаки, даже и не украинского происхождения. А будущий военачальник донской казак С.М. Штеменков для поступления в училище стал «украинцем» Штеменко.

Положение изменилось только в 1936 году. Связано это было с поворотом Сталина к традициям российской державности. В данный период сменились учебники истории, восстановившие преемственность между царской и советской Россией, был разогнан «пролеткульт», в литературу вернулись «изгнанные» Пушкин, Достоевский, Толстой, стали выходить фильмы о российских полководцах и государственных деятелях, в армии появились генеральские и офицерские звания, были прекращены гонения на Церковь.

Поворот коснулся и казачества. Конституция 1936 года отменила категорию «лишенцев», и в том же году приказом наркома обороны от 23 апреля ряд кавалерийских соединений предписывалось преобразовать в казачьи. Вновь стали носить традиционную казачью одежду, в рамках колхозов восстановились некоторые черты станичного и хуторского управления. Пропагандистское очернение казачества прекратилось в 1936 г., когда стала очевидной необходимость создания крепкой регулярной армии.

В 1938 - 1939 гг. создаются донские, кубанские и терские казачьи части и направляются в пограничные районы, где при царе несли службу их отцы и где они вместе с пограничниками встретили начало Великой Отечественной войны.

Еще за десятилетие до начала войны казаков в строю Красной армии тяжело себе было даже представить. С первых дней существования советской власти отношения между ней и казачеством были натянутыми, если не сказать — открыто враждебными. В годы Гражданской войны слово «казаки» стало едва ли не нарицательным для белой конницы. Однако непримиримой вражде не суждено было длиться вечно. Менялось не казачество — складывавшийся веками уклад жизни невозможно было сломать за пару десятилетий. Менялось отношение новой власти к казакам. В 1936 году советское правительство сняло с казаков ограничения, запрещающие им служить в Красной Армии. Более того, приказом наркома обороны К. Е. Ворошилова № 67 от 23 апреля 1936 года ряд кавалерийских дивизий получили наименование казачьих. В первую очередь это коснулось территориальных дивизий, существовавших фактически как система учебных сборов для населения той области, в которой они дислоцировались. Десятую территориальную кавалерийскую Северокавказскую дивизию переименовали в 10-ю Терско-Ставропольскую территориальную казачью дивизию.

Дислоцировавшаяся на Кубани 12-я территориальная кавалерийская дивизия была переименована в 12-ю Кубанскую территориальную казачью дивизию. На Дону в соответствии с приказом Ворошилова формировалась 13-я Донская территориальная казачья дивизия.

Переименования коснулись не только территориальных, но и кадровых частей. Это уже было настоящим признанием казачества в СССР. Так 4-я кавалерийская Ленинградская Краснознаменная дивизия им. тов. Ворошилова была переименована в 4-ю Донскую казачью Краснознаменную дивизию им. К. Е. Ворошилова; 6-я кавалерийская Чонгарская Краснознаменная им. тов. Буденного — в 6-ю Кубано-Терскую казачью Краснознаменную дивизию им.  С. М. Буденного.

Л. Д. Троцкий в своей книге «Преданная революция» оценивал эти мероприятия так: «шла реставрация некоторых порядков и институтов царского режима. Одним из проявлений этого было восстановление упразднённых Октябрьской революцией казачьих войск, составлявших самостоятельную часть царской армии, наделённую особыми привилегиями».

Возрождение казаков как части армии, стало знаковым событием, получившим вполне однозначную оценку со стороны остававшихся пламенными революционеров.

В войсках отношение к новым названиям было куда спокойнее. Кавалерия в 1930-х была элитой Красной армии. Из ее рядов вышли многие известные военачальники. Не перечисляя всех поименно, достаточно сказать, что командиром 4-й кавалерийской дивизии в 1933–1937 годах был Г. К. Жуков. Позднее он вспоминал: «4-я Донская казачья дивизия всегда участвовала в окружных маневрах. Она выходила на маневры хорошо подготовленной, и не было случая, чтобы дивизия не получила благодарности высшего командования».

Конница была «кузницей кадров» для командиров, обладающих «кавалерийским мышлением», жизненно необходимым в маневренной войне механизированных войск. Вместе с тем роль и место кавалерийских соединений в Красной армии в последние предвоенные годы неуклонно снижались. Их заменяли танковые и моторизованные соединения. Жуковская 4-я донская дивизия весной 1941 года стала 210-й моторизованной дивизией. Однако полной ликвидации кавалерии к началу войны, разумеется, не произошло. Она имела свою нишу на фронтах приближающейся большой войны, и ее сохранение отнюдь не было ретроградством. Кроме того, кавалерия 1941 года далеко ушла вперед от конников Гражданской — она получила танки и бронемашины. В июне 1941 года в Красной армии было 13 кавалерийских дивизий, в том числе одна казачья, 6-я Кубано-Терская. Именно ее бойцам суждено было стать одними из тех, кто принял на себя первый, самый сильный и страшный удар врага.

Шестая кавалерийская дивизия к началу войны находилась у самой границы — в районе Ломжи, на «макушке» Белостокского выступа. Немцы двумя танковыми группами ударили в основание выступа, стремясь выйти к Минску и окружить советские войска под Белостоком. Казачья 6-я дивизия была снята с относительно спокойного участка фронта под Ломжей и брошена под Гродно. Она вошла во фронтовую конно-механизированную группу под командованием И. В. Болдина.Страшным врагом кавалеристов под Гродно стали пикирующие бомбардировщики VIII авиакорпуса Рихтгоффена.

Это соединение специализировалось на ударах по целям на поле боя. В условиях разгрома авиации Западного фронта на земле и в воздухе обеспечить соответствующее прикрытие кавалерийского корпуса с воздуха было уже невозможно. Уже 25 июня последовал приказ на общий отход войск Западного фронта. Однако избежать окружения не удалось. В числе окруженных в белостокском «котле» была 6-я дивизия. Лишь немногим ее бойцам и командирам удалось вырваться из окружения. Командир дивизии М. П. Константинов был ранен, впоследствии воевал в партизанском отряде.

Неблагоприятное для СССР развитие событий в начальном периоде войны заставило пересмотреть многие предвоенные планы. 11 июля 1941 года согласно директиве Генерального штаба 210-ю моторизованную дивизию предписывалось переформировать в 4-ю кавалерийскую дивизию. Действительно, сколоченная и подготовленная кавалерийская дивизия была нужнее на фронте, чем слабая и малоподвижная из-за отсутствия автотранспорта мотодивизия. На восстановлении одной кавалерийской дивизии процесс не остановился.

Это было только начало. В июле 1941 года Ставкой Верховного Главнокомандующего было принято решение о формировании 100 легких рейдовых кавалерийских дивизий. Впоследствии этот амбициозный план пересмотрели, и реально были созданы 82 дивизии. Только на Кубани в июле и августе 41-го сформировали 9 дивизий.

Наибольшую известность из них получили 50-я Кубанская кавалерийская дивизия И.Плиева и 53-я Ставропольская кавалерийская дивизия К.Мельника. Они попали на фронт уже в июле 1941 года и вошли в так называемую группу Доватора. Первым заданием группы был рейд по тылам 9-й армии. Такой рейд, естественно, не мог радикально изменить обстановку на фронте. Однако он вынуждал немцев отвлекать силы на охрану тылов и создавал проблемы со снабжением.  В сводке «Совинформбюро» группа была прямо названа казачьей, 5 сентября сообщалось: «Кавалерийская казачья группа под командованием полковника Доватора проникла в тыл фашистов и в течение продолжительного времени громила фашистские войска и коммуникации». Пройдя по тылам немцев, кавалеристы Доватора в начале сентября вышли в расположение 30-й армии. Произошло это как раз во время для того, чтобы принять деятельное участие в битве за Москву. Вскоре группа Доватора была преобразована в 3-й кавалерийский корпус. Сам Доватор получил звание генерал-майора.

Плечом к плечу с армией Рокоссовского корпус Доватора от рубежа к рубежу отходил к Москве, сдерживая натиск немецких танков. Самоотверженный ратный труд конников был оценен командованием. 26 ноября 1941 года корпус Доватора стал 2-м гвардейским, входившие в его состав две казачьи дивизии стали 3-й и 4-й гвардейскими кавалерийскими дивизиями. Это звание было тем более ценно, что 1-м гвардейским корпусом стал корпус Белова довоенного формирования. Корпус Доватора не получил официального почетного наименования «казачий», но по месту формирования, безусловно, был таковым.  С началом контрнаступления под Москвой в декабре 1941 года корпус Доватора принимал в нем самое активное участие. 19 декабря генерал Доватор погиб у деревни Палашкино на берегу реки Рузы. В марте 1942 года 2-й гвардейский кавалерийский корпус возглавил В. В. Крюков, который командовал им бессменно до мая 1945 года. Надо сказать, что Крюков был связан с казачьими частями еще до войны, в середине 1930-х он командовал полком в донской дивизии Жукова. Корпус Крюкова прошел через жестокие сражения за Ржев в 1942 году, наступал на орловской дуге летом 1943 года. Войну он завершил под Берлином.

Применение казачьих корпусов на юге советско-германского фронта было вполне оправданным — большие открытые пространства благоприятствовали маневренным операциям. Однако они же таили в себе опасность устрашающих ударов с воздуха, на открытой местности кавалеристам и их лошадям было труднее укрыться от атак. Но в 1943 году советская авиация уже достаточно крепко стояла на ногах. Когда кавалеристы 4-го гвардейского кавалерийского корпуса в августе 1943-го пожаловались на недостаток прикрытия, их стали прикрывать «Аэрокобры» с аэродромов подскока прямо в расположении корпуса.

Оснащение кавалеристов новейшими системами вооружений позволяло кавалеристам уверенно участвовать в сражениях, в которых применялись крупные массы танков. Так 5-й гвардейский Донской кавалерийский корпус участвовал в Корсунь-Шевченковской операции. Он находился на внутреннем фронте окружения. Что интересно, прорываться немцы пытались не через позиции кавалеристов, а на соседнем участке.

Самые известные казачьи соединения времен Великой Отечественной войны первоначально формировалось как ополчение. Если в индустриальных районах страны ополченцы шли в пехоту, то в казачьих областях — в кавалерию. В июле 1941 года началось формирование казачьих добровольческих отрядов (сотен) как на Дону, так и на Кубани.В ополчение записывали всех, без ограничения возраста. Поэтому в формируемых сотнях встречались и 14-летние юноши, и 60-летние старики с «егориями» за первую мировую войну.

Формирование ополченческих дивизий завершилось к зиме 1941–1942 годов. На Дону сформировали 15-ю и 18-ю, на Кубани — 12-ю и 13-ю кавалерийские дивизии. В начале 1942 года они были объединены в 17-й кавалерийский корпус.

Крещение огнем корпус принял в июле 1942 года. Командиром корпуса тогда стал генерал-лейтенант Н.Кириченко.

Казакам-ополченцам пришлось защищать свой край, в июле и августе бои шли уже на Дону и Кубани. По итогам боев корпус и входившие в его состав Донские и Кубанские дивизии получили гвардейское звание, 17-й корпус стал 4-м гвардейским. В ноябре 1942 года корпус был разделен надвое. Две Кубанские дивизии (9-я и 10-я гвардейская) вошли в состав 4-го гвардейского кавалерийского корпуса Н.Кириченко, а две Донские (11-я и 12-я гвардейская) — в состав 5-го гвардейского кавалерийского корпуса А.Селиванова. Оба корпуса вскоре приняли участие в преследовании отходящих с Северного Кавказа немецких войск. Кавалерийскими частями участие казаков в войне не ограничивалось. Девятая горнострелковая дивизия в 1943 году была переформирована в 9-ю пластунскую стрелковую Краснодарскую Краснознаменную, ордена Красной Звезды дивизию. Ее полки состояли из стрелковых сотен и пластунских батальонов. Пластуны (от слова «пласт», лежать пластом) — это воевавшие в пешем казаки,  мастера разведки и засад.

В составе 1-го и 4-го Украинских фронтов пластунская дивизия участвовала в Львовско-Сандомирской, Висло-Одерской, Верхне-Силезенской, Моравско-Остравской и Пражской операциях Лето 1943 годов стало началом триумфального продвижения Красной армии на запад. Кавалеристы второй половины войны здорово изменились в сравнении с 1941–42 годами. Вместо легких танков они получили «тридцатьчетвёрки» и ленд-лизовские «Валентайны». Несмотря на название «кавалерийский», в них было немало автомашин, в том числе мощных «Студебеккеров». Все это делало казаков особым инструментом ведения войны. Они не находились постоянно на передовой, углубленно занимаясь боевой подготовкой в резерве.

Когда армия прорывала фронт, наступал их час. Стихией кавалерии был маневр, обходы и охваты. Например, в июле 1943 года на Миус-фронте кавалерийский корпус Кириченко оставался в резерве, в позиционные бои его не вводили. Кавалеристов бросили в бой в конце августа, когда оборона противника была взломана, и нужно было развивать успех в глубину. Более того, сложилась система объединения под единым командованием кавалерийских и механизированных корпусов — конно-механизированные группы (КМГ). Наступающие корпуса проходили в день по 25 км и более. Они выходили в тыл немцам, вынуждая их поспешно оставлять насиженные и развитые рубежи обороны.

Казаки-кавалеристы воевали почти на всех направлениях советско-германского фронта. Исключением, пожалуй, был позиционный фронт в лесах и болотах под Ленинградом и Волховом. Казачьим частям довелось сражаться даже в морской крепости на Черном море. 40-я кавалерийская дивизия, формировавшаяся в 1941 году в станице Кущевской Краснодарского края, воевала в Крыму.

Там же действовала 42-я Краснодарская дивизия. Вместе с защитниками Крыма они осенью 1941 года отошли на позиции под Севастополем. Ввиду понесенных потерь две дивизии объединили в одну — 40-ю. Здесь она воевала до апреля 1942 года, а затем была обращена частично на укомплектование подразделений Севастопольского укрепрайона, а частично — на формирование новых кавалерийских частей на Северном Кавказе. Тем не менее казаки вместе с моряками и пехотинцами Приморской армии вписали свои строки в историю легендарной обороны Севастополя.

 Разгром немецких войск в Румынии позволил начать наступление в Венгрии. В нем активно участвовали Кубанский и Донской корпуса, каждый использовался в составе КМГ. 20 октября 1944 года они овладели венгерским городом Дебрецен. В ноябре наступающие советские войска по осеннему бездорожью вышли на подступы к Будапешту. Что интересно, традиционно временное объединение — КМГ — стало постоянным для казачьего корпуса Плиева. Директивой Ставки была образована 1-я КМГ, сохранившаяся до конца войны. Ее штаб был образован из штаба 4-го гвардейского кавалерийского корпуса, а бессменным командующим был Исса Плиев. В боях под Будапештом и Балатоном Донской кавалерийский корпус генерала Горшкова стал своего рода личной гвардией командующего 3-м Украинским фронтом Ф.Толбухина.

Корпус принял активное участие как в январских, так и в мартовских оборонительных боях на Балатоне. Кавалеристы быстро выдвигались на наметившееся направление главного удара врага и выставляли прочный заслон на его пути. Главным было не позволить врагу сбить себя с позиций первыми ударами. Затем подтягивалась артиллерия, танки, стрелковые части, и шансы на прорыв стремительно таяли. Ни в январе, ни в марте прорваться через позиции кавалеристов немцам не удалось. Естественно, на улицы города казаков никто не бросал. Им досталась вполне подходящая для кавалерии задача — удары по окруженной в лесах к юго-востоку от Берлина немецкой 9-й армии. 3 мая 1945 года гвардейцы-казаки вышли к Эльбе. Американцы с другого берега с удивлением смотрели на пропыленных и покрытых пороховой гарью воинов, которые поили лошадей в реке посреди Германии.

В заключительных боях Великой Отечественной войны пути кубанцев и донцов вновь разошлись. КМГ Плиева наступала в Чехословакии, освобождала Брно и завершила свой путь в Праге. Донской кавалерийский корпус обеспечивал левый фланг 3-го Украинского фронта в наступлении на Вену и закончил свой поход в районе Фишбаха в Австрийских Альпах.

 Казачьи части участвовали практически во всех крупных и значимых сражениях Великой Отечественной войны. Они разделили со страной и народом как горечь поражений 1941–1942 годов, так и радость триумфов 1943–1945 годов. С полным правом казаки прошли в парадном строю по Красной площади 24 июня 1945 года. Также мало кто знает, что у казаков был свой Парад Победы в городе Ростове-на-Дону 14 октября 1945 года.

Тем не менее, Великая Отечественная вызвала второй раскол. Десятки тысяч казаков помня геноцид, притеснения и унижения выступили против советской власти. Но оккупанты искренностью в отношениях с «союзниками» не отличались. Реального самоуправления Дон и Кубань так и не получили.

Казачьих лидеров Краснова и Шкуро использовали в чисто рекламных целях, даже не позволив посетить родные края. Казакам, отступившим с немцами, пришлось проливать кровь за чужие интересы на чужой земле Италии и Югославии. В 1945 году они сдались западным державам и были сразу выданы Сталину.

Одних казнили, другие сгинули в лагерях, однако уже вскоре те же самые державы, которые выдавали казаков, вдруг озаботились их правами». Как только началась холодная война, конгресс США принял закон о «порабощенных нациях», в число коих включил и казаков. Насколько тут можно говорить об искренности, понять нетрудно.

Но если на стороне Германии воевало около двух казачьих корпусов, то в СССР из казаков было сформировано 17 конных корпусов (позже укрупненных и сведенных к восьми) и одна пластунская дивизия. Многие шли на фронт добровольцами, гордо носили советские ордена вместе с Георгиевскими крестами за прошлую войну. Власти-то разные, а Россия одна. Сражались доблестно, все восемь корпусов стали гвардейскими. А сколько казаков прошло боевой путь не в «своих» частях, а в пехоте, танковых войсках, артиллерии, авиации, учету не поддается.

Есть список 71 войсковой части, носившей в годы войны наименование казачьей: танковые, кавалерийские, пехотные, артиллерийские. А сколько их не носило такого наименования, но были казачьими, так как были сформированы на Урале, в Забайкалье, в Семиречье, Приамурье, на Кубани и Тереке. А имена казаков Дважды Героев Советского Союза маршала авиации А.Ефимова, адмирала А.Головко, гвардии генерал-лейтенантов С.Горшкова, И.Кириченко, В.Терентьева известны всем Вооруженным Силам. Казак, летчик, гвардии лейтенант А.Горовец сбил в одном бою 9 вражеских самолетов, а кубанский казак танкист лейтенант Д.Лавриненко во время отступления от границы в 1941 году уничтожил 52 фашистских танка. Оба казака стали Героями Советского Союза. 6 казачьих дивизий и 15 казачьих полков в годы войны были награждены тремя и более орденами. 20 дивизий и 29 полков получили почетные имена за взятие городов и крепостей.

Союз казаков России учредил в ознаменование 50-летия Победы в Великой Отечественной войне медаль «Защитнику Отечества», которой были награждены все казаки-фронтовики.

Астраханские казаки в годы войны из-за своей малочисленности не создали своих отдельных частей, как донцы и кубанцы, однако воевали  с неменьшей доблестью в составе других частей и соединений. Приумножили ратную славу астраханского казачества красноярские казаки ГСС. В.В. Елизаров, генерал-полковник И.В. Тутаринов, казаки станицы Дурновской Н.М. Исаев, братья Вилковы и др.

Виктор Васильевич Елизаров родился в 1909 г. в с. Черемуха ныне Крас­ноярского района Астраханской области в семье рыбака. Ра­ботал в рыболовецкой артели. В Советской Армии — с марта 1942 г. С августа того же года — на фронте. Сражался под г. Сталинградом, дважды был награжден ме­далью "За отвагу". Стрелок 2-й механизированной бригады (5-й механизированный корпус, 6-я танковая армия, 2-й Ук­раинский фронт) рядовой В. В. Елизаров особо отличился в марте 1944 г. Командование соединения решило с ходу фор­сировать р. Днестр, пока противник не укрепился на проти­воположном берегу, захватить плацдарм и удержать его до подхода основных сил наших войск. Потребовались доброволь­цы. В числе их был и В. В. Елизаров. 20.03.1944 г. под пулеметным огнем противника рядовой Ели­заров в составе группы бойцов на подручных средствах пере­правился через р. Днестр в районе г. Могилев-Подольский (Винницкая область). Из наградного листа рядового В. В. Елизарова: "20 и 21 марта 1944 г. отражал непрерывные атаки врага... Подавил из ручного пулемета три огневые точки противника".

За храбрость и мужество, проявленные при форсирова­нии р. Днестр и обеспечении переправы части, Указом Пре­зидиума Верховного Совета СССР от 13.09.1944 г. рядовой В. В.Елизаров был удостоен звания Героя Советского Союза. Эту новость рядовой Елизаров узнал в госпитале — в боях за г. Яссы (Румыния) он был тяжело ранен.Награжден орденами Ленина, Отечественной войны I ст., медалями. В 1944 г. В.В.Елизаров демобилизовался. Работал в родном селе в колхозе, затем инспектором рыбоохраны. Умер в 1978 году.

«Фронт противника был сломан, смят. Конница и танки действовали в глубоком вражеском тылу, как таран, - в ночь на 26 октября 1943 года  кубанская конница сделала бросок в тыл фашистским войскам на семьдесят километ­ров. В свою очередь противник, поднимая гусеницами пыль на дорогах, сделал головокружительный манёвр из глубины Таврии и обрушился на наши войска. Весь день 27 октября танки и спешившиеся казаки вели кровопролитный бой у села Весёлого...». Это отрывок из книги В.Ве­личко «Очерки»

( издательство «Советский писатель», г.Москва,1957 г.) Один из героев книги наш земляк, офицер, геро­ически сражавшийся в годы Великой Оте­чественной вой­ны, Константин Иванович Дорохин . Он был командиром первого эскад­рона 36 кавале­рийского полка 4 казачьего кубанс­кого кавалерийского гарнизона. За умелые боевые действия в Крыму гвардии капитан Дорохин на­граждён орденом Александра Невского. Это довольно редкая награда.

Укреплённый фашистами, с сильнейшей линией огня Турец­кий вал на перешейке между Азовским и Чёрным морями ка­зался неприступным. Мрачной громадой он возвышался над степью. Два года немцы ввинчи­вали в него свою технику и смер­тоносное оружие. Через каждые 90 - 100 метров стоял дот - целый гарнизон с хранилищами продуктов, боеприпасов и воды. Семьдесят четыре дота на 6800 метрах! Немцы и мысли не до­пускали, что советские войска могут появиться перед крепос­тью. Вслед за танками, «конница летела в ворота вала, призыв­но ржали кони. Уже проходил через огонь третий эскадрон, как вспыхнули на казаках бур­ки и шинели, передний взвод за­кипел в огне и весь взялся пла­менем... А впереди, за Турец­ким валом, у Армянска, казаки уже заняли рубеж - эскадрон Константина Дорохина молнией развернулся перед городом, с ходу опрокинул немцев и пере­бил их....Занимался рассвет, стали видны лица людей. Кон­стантин Дорохин, небольшого роста, смуглый казак, держал фуражку в руках, и ветер трепал его чёрный чуб, шевелил чёр­ные бакенбарды. Дорохин сильно походил на молодого Багратиона...»

Его хорошо знают и помнят земляки. Родился он в селе Вязовка Черноярского района 5 мая 1913 года. После войны работал на руководящей работе в районе - замести­телем председателя исполкома .Он был хорошим вос­питателем и трудо­любивым челове­ком. К. И. Дорохин умер  на 95-м году жиз­ни 17 сентября 2007 года.

Иван Васильевич Тутаринов (1904 г.р.) уроженец села Красный Яр Красноярского района Астраханской области. В 19 лет добровольцем вступил в Красную Армию, где прошел долгий путь от курсанта кавалерийской школы до генерал-полковника Советской Армии.

С июля 1942 г. по август 1944 г.- бессменный командир 12-й Кубанской казачьей кавалерийской дивизии, преобразованной  вскоре в 9-ю гвардейскую  Кубанскую казачью кавалерийскую дивизию. В годы Великой Отечественной войны дивизия принимала участие в сражениях в составе Западном и Волховском, Северо-Кавказском и Закавказском, Южном, 3-м и 4-м Украинских , 1-м Белорусском фронтах. Особый вклад И.В.Тутаринов внес при освобождении Белоруссии. В начале лета 1944 года дивизия генерал-майора И.В.Тутаринова в составе 4-го гвардейского Кубанского  кавалерийского корпуса приняла участие в операции « Багратион»  за освобождение Белоруссии.На протяжении 33 дней дивизия вела напряженные бои, без каких либо передышек. Из 18 благодарностей Верховного Главнокомандующего за отличные боевые действия дивизиипять относится к ее боевым подвигам на белорусской земле. Это яркое выражение признания боевых заслуг дивизии, признание заслуг ее командира-И.В.Тутаринова, проявившего высокое мастерство, мужество и героизм. Заслуги И.В.Тутаринова были высоко оценены Советским Правительством. Он награжден двумя орденами Ленина, шестью орденами Красного Знамени, орденами Суворова 2-й степени, Кутузова 2-й степени, Богдана Хмельницкого 2-й степени, Красной Звезды, орденом « Знак Почета» и многими медалями Союза ССР. Он также награжден иностранными наградами: орденом Знамени ВНР  1-й степени и медалью ВНР «За службу Родине» в золоте. И.В.Тутаринов после тяжелой и продолжительной болезни умер 19 июня 1978 года.

Сын казачьего войскового старшины (подполковник) Павла Ивановича Лисунова Борис Павлович Лисунов стал известным авиаконструктором. Выпускник Военно-Авиационной Академии (все обучение прошел за одним столом со всемирно известным конструктором Туполевым). В 1936 году направлялся на годичную стажировку в США. Работал главным инженером авиастроительного завода в Харькове, а после эвакуации в Узбекистан- главным инженером (инженер-полковник) Ташкентского авиазавода. Он разработал отечественную модификацию знаменитого американского военно-транспортного самолета ДС-3 «Дакота», известного в СССР под именем «Ли-2». Этот самолет был основной машиной советской транспортной авиацией в военные и послевоенные годы.

В настоящее время казаками комплектуются 15 воинских частей МО (в т. ч. 28 отдельный Астраханский танковый казачий батальон в г. Буденновске), 39 погранзастав ФПС. Таким образом, как и раньше, казачество стоит на государственной службе, охраняя границы и правопорядок, работая в природоохранной, экологической и таможенной службах.

 

Литература:

 

1.        Статья В.Нагаева «Да, мы- казаки!»  стр. 68, журнал «Казаки России», СПб ЗАО «Познание», Санкт-Петербург № 9 ,1999г.

2.      Статья В.Шамбарова «Всю жизнь в седле» стр.124, журнал «Смысл» № 12-13,2007 г.,  типография «Алмаз-Пресс», г.Москва.

3.      Н.П.Горбунов, А.И.Полежаев «История станиц Астраханского казачьего войска», г.Астрахань , 2003 г.

4.      Буклет « Астраханцы- Герои Советского Союза», г.Астрахань, 2000 г.

5.      Статья  А.Жуковского « Ратный подвиг…» ,  вырезка из  газеты «Комсомолец

      Каспия» от 06.01.1981 г.

6.      Статья Т.Ляшенко « В степях Таврии» , вырезка из газеты «Черноярский вестник «Волжанка» № 37 от 08.05.2012 г.

7.      Материалы сайта « Солдаты России»,  http://www.soldatru.ru/read.php?id=745 

 

Калякин В.Н.

 

Роль астраханских казаков в Кавказской войне XIXвека

Многим из нас известна роль казаков на Кавказе. Это подвиги кубанского казачества, постоянное участие в боях с горцами терских казаков и влияние на боевые действия кубанского казачьего войска. Иными словами, в кавказской войне 19 века принимали участие,прежде всего те, кто находился географически близко к боевым действиям. Не так далеко от Кавказа находилась Астраханская губерния,но, к сожалению, об участии астраханских казаков в этой войне практически ничего неизвестно. Ещё в начале 20 века, при составлении сборника рассказов о действиях астраханского казачества на Кавказе, А.А Догадин подчеркнул, что рассказы малочисленны по количеству ввиду отсутствия источников и данных.  Однако, сведения, всё же,имеются.

Уже с 1823 года на территории Кавказа был организован сборный пятисотенный полк астраханских казаков. Прослужив до 1831 года, по распоряжению правительства они были отправлены обратно в астраханскую губернию[1].

Казачья служба велась не только за Тереком, но и во всех его пределах. Так, например, рассказ урядника Пичуженской станицы Николая Чеботарева, повествует о его отце, который доставлял почту другому отряду, который находился за Тереком. Возвращаясь ночью в Александровскую станицу с двумя казаками, отец Чеботарева подвергся нападению горцев численностью до 20-ти человек. Варфоломей Дудкин, один из казаков, погиб, а двум казакам удалось миновать Терек, потеряв лошадей и с Божьей помощью, добраться до лагеря[2].

Новые упоминания об Астраханских казаках появляются в 1863 году, когда на Кавказ была послана сборная сотня есаула Алеева. Сообщение урядникаДурновской станицы Николая Ивановича Недопёкина повествует о его отправлении в действующую армию. С особым уважением автор относится к бурке, которую он вместе с другими казаками приобрел в Кизляре. Он отмечает, что она универсальна и идеально подходит для дождя и холодной погоды. Автор повествует о взаимоотношениях между казаками и драгунами, казачьи будни. Описывается здесь и боевое столкновение с горцами, когда они напали на переселенцев под прикрытием пехоты в станицу Дагестанскую. Несмотря на тяжелые потери,нападение было отражено. Тогда упоминаются и имена отличившихся – это есаул Егор Андреевич Алеев и Петр Яковлевич Щербаков, которые вопреки приказу оставаться на месте поспешили, поведя с собою казаков, на тревожные и непонятные выстрелы сквозь туман. В 1864 году Алеев был назначен из сотенного командира в войсковые старшины. Он был отмечен орденом святой Анны 3-ей степени и благодарностью от великого князя Михаила за сохранение людей и лошадей. За воинскую службу получили благодарность и другие казаки. Произведены в хорунжие Лев Александрович Станкович, Павел АввакаумовичСофьев, награждены георгиевскими крестами урядник Белов и приказный Петр Дедов.Все чины были награждены серебряной медалью за покорение Кавказа и бронзовым крестом за службу на этой территории. Георгиевские кресты 4-ой степенитогда получили 12 человек, в том числе и автор рассказа.

Свою нелёгкую службу описывает казак Красноярской станицы Роман Ильич Епанешников. Он повествует, что враждебные аулы сдавались только после кровопролитного сражения и, приехав в лагерь, будучи усталым и измученным, хочется забыться, как наступает очередная тревога о нападении горцев. Из его рассказа становится ясно, что было 40 патроновв шароварах и 40 в подсумках. Он не жалеет о своей службе на Кавказе, и положительно отзывается об офицерах, выделяя ум, развитие и удальство Александра Григорьевича Пигина[3].

Догадин собрал достойный материал по службе астраханского казачества в 60е годы 19 века на Кавказе. В своей работе он опубликовал рассказ о подвиге пластуна Явтушенкова, и нескольких казаков, которые в ходе отступления во время нападения был вынуждены укрыться в пещере, где неделю держали оборону, не сдаваясь в плен горскому племени Туба. И только благодаря успешной вылазке одного из казаков (второй сопровождающий погиб), по фамилии Кабанов, к Евтушенкову пришла подмога во главе с князем Амилохваровым, в числе которой были и астраханцы. За свой подвиг Евтушенков был произведен в урядники и награжден орденом святого Георгия.

На сегодняшний день материала о службе астраханских казаков на Кавказе немного. До сих пор остаются нераскрытыми многие вопросы. Однако, исходя из того,что уже известно, мы должны знать о подвигах наших героев. Только этим, только освещением новых событий об участии астраханского казачества, мы сможем показатьсущественную роль Астраханских казаков в истории нашей страны.

 

Сычев С.Д.

«Реестровое казачество»: от истоков до современности

 

Первые упоминания о «реестре» и «реестровых казаках» относятся к XVI в. и относятся к украинским казакам. Речь идет о населении центральной Украины,  занимавшейся охотой, рыболовством, добычей соли, селитры и охранной службой на границе между княжеством Литовским и Крымскимханством. В XVI в. численность казаков значительно возросла. Боясь этой неконтролируемой массы обученных военному делу людей, 2-го июня 1572 г. король Сигизмунд II Августрешилрасколоть казачество и подписал универсал, в соответствии с которым, коронный гетман Ю. Язловецкий нанял для службы первых 300 казаков. Они давали присягу на верность королю и должны были, находясь в полной боевой готовности, отражать вторжения татар на территорию Речи Посполитой, участвовать в подавлении выступлений крестьян, восстававших против панов, и в походах на Москву и Крым. Эти казаки-ренегаты были занесены в специальный список (реестр), подтверждавший их права и привилегии, связанные с их государственной службой, и  из-за чего, эти казаки получили наименование реестровые казаки (реестровцы).

Однако реестровые казаки  были лишь небольшой частью сложившегося к тому времени значительного казачьего населения Запорожья, организованного по военному образцу, приток которого, начиная со второй половина XVI века, с каждым годом все возрастал из-за усиления религиозного, политического и экономического притеснения православных в польско-литовском государстве. Казаков, не вошедших в реестр, называли сечевыми, вольными или низовыми казаками. Основными задачами реестровых были охрана границ и контроль за нереестровими казаками. Часто отношения между теми и другими становились весьма напряженными. Обязанности, плата за службу и привилегии реестровых казаков определялись сеймом и королем Речи Посполитой. Реестровые казаки были выделены в отдельное сословие. Численность реестрового казачества менялась в зависимости от нужд Польской короны. Так за 80 лет существования реестра на территории контролируемой Польшей численность реестровых войск колебалось от одной тысячи, до 60 тысяч человек.

В 1654 году, при подписании Переяславского договора, когда большая часть Украины вошла в состав Московского государства, русским царем были также подтверждены все привилегии, ранее дарованные реестровому казачеству польским королем, и даны новые. Царь обязался выплачивать жалованье казацкой старшине и не вмешиваться во внутренние дела казачества, сохранял местную казацкую администрацию. Численность реестра была утверждена в количестве 60 000 человек. В то же время реестровое казачество обязано было направлять налоги в царскую казну и воевать вместе с царем против его врагов.

Однако в 1727 годучисленность реестровых казаков была уменьшена до 10 тысяч, а в 1783 году реестр был отменен. Вместо реестра началось формирование  регулярных казачьих частей, включая пехоту (пластуны) и артиллерию. В этом статусе казачество просуществовало до Октябрьского переворота. В Советском Союзе о казаках вспоминали только в годину тяжелых испытаний. Однако неумирающая народная традиция и десятилетиями копившиеся этнические силы привели потомков казаков в конце 1980-х гг. к осознанию необходимости в полной мере заявить о себе на общественно-исторической сцене. Это стало возможным в результате развала единого идеологического поля в СССР.

Казачье движение оказалось достаточно разнообразным, как по своим политическим предпочтениям, так, и во взглядах на возрождение. Наиболее консервативное крыло казачества видело свой идеал в восстановлении дореволюционной казачьей жизни. Другая часть казачества видела главное предназначение казаков в патрулировании улиц. Это явственно говорило об укоренении в сознании советских людей образа «казака-нагаечника», насаждавшегося  правящей идеологией.        

Уникальность восстановления этнической общности через семь десятков лет практически неповторима. Подобное (но отнюдь не равнозначное) пережили горцы Шотландии – хайлендеры в XVIIIв.. Исторический разрыв никогда не проходит бесследно: размывается этническая структура, деформируется самосознание. Эффективных направлений казачьего возрождения могло быть только два. Первое предусматривало восстановление всей полноты казачьей дореволюционной жизни: воинской службы, хозяйствования и самоуправления (полная реабилитация). Второе – моральная реабилитация – предоставление казакам самим решить свою судьбу, без вмешательства со стороны государства. Однако российский политический истеблишмент выбрал третий путь – не давать казакам практически ничего, при этом пытаясь полностью регулировать казачье движение. Первыми преимущества такой ситуации оценили региональные власти.

Изначально наиболее многочисленной и сплоченной общественной организацией на постсоветском пространстве был Союз казаков. Однако, начиная с 1993 г. власти пытались ослабить Союз казаков, противопоставив ему маргинальные казачьи объединения. Либеральные журналисты, близкие к идейным вдохновителям реформ, пытались повесить ярлык «красных» на членов «Союза». Делалось это отнюдь не из-за коммунистической или левой ориентации Союза казаков. Как раз наоборот, руководство и актив крупнейшей казачьей организации стоял на консервативных и традиционалистских  позициях. Однако позиции патриотизма, возрождения империи и всеобъемлющей реабилитации казачества не вписывались в идейную конструкцию вестернизации России, исповедуемую тогдашним руководством страны.

9 августа 1995 г. за № 835 был подписан Указ Президента РФ «О государственном реестре казачьих обществ в Российской Федерации», положивший начало полномасштабному расколу общеказачьего движения. Указ декларировал многое из тех требований, которые казаки выдвигали еще с 1989 г.. Например, были закреплены права казаков на службу в частях Вооруженных Сил с наименованием «казачьи», природоохранную и иную деятельность; вводился казачий целевой земельный фонд; получали полугосударственный статус «казачьи общества» различных уровней. Но реализация и особенности правоприменения Указа Б.Н. Ельцина привели к совершенно нежелательным для казаков последствиям. Недаром одним из его соавторов был Б.А. Березовский.

На деле, служба в частях  Вооруженных Сил России, фактически была не казачья и дискредитировавшая саму идею казачьей службы. Если до революции казаки несли службу в казачьих полках, комплектовавшихся казачьими войсками из своих казаков, со своими традиционными чинами, наименованиями воинских соединений, с применением казачьих приемов боя и тактических действий, с ношением формы по войскам, то на современном этапе государственная политика превратила службу в фарс. Небогатые молодежью реестровые казачьи общества не смогли комплектовать требовавшихся Министерству обороны казачьих частей. «Казачьи» воинские части комплектовали любыми имевшимися призывниками. В таких армейских соединениях не приходилось и говорить, о каких бы то ни было традициях казачества.

Развитие экономики реестровых казачьих обществ также потерпело фиаско. Получение целевого земельного фонда превратилось в целую эпопею для станичных и хуторских казачьих обществ. Земельные комитеты старались затягивать выделение земли, обставляя получение ее рядом бюрократическихпрепонов. Но, и получив землю, казаки не смогли ей в полной мере воспользоваться, так как в начале 2000-х годов, с выходом нового Земельного кодекса, понятие «бесплатное бессрочное пользование» исчезло. Выплачивать земельную аренду или приобретать площади в собственность неокрепшим казачьим хозяйствам было не под силу. В результате большая часть станичных и хуторских казачьих обществ просто вернула землю государству.

Квазигосударственный статус войсковых и окружных казачьих обществ оказался очередной политической мистификацией. Поиск путей вписать реестровые общества в современные правовые отношения выродился в формулировку «общественные объединения в форме некоммерческих организаций». Даже реестровые чины, включая генеральские и полковничьи, щедро или не очень щедро раздаваемые Администрацией Президента России (в зависимости от близости выборов) с точки зрения российской юриспруденции оказались ничтожными.

К моменту принятия Закона «О государственной службе российского казачества» реестр представлял собой идеологического и социально-политического банкрота. Конвульсивные движения различных групп давления в Администрации Президента, Правительстве и парламенте направленные на решение «казачьего вопроса» приводили только к взаимопротиворечащим законодательным актам. Однако со стратегическим направлением политики в отношении казачества лидеры страны определились. Его озвучил, в свойственной ему манере, советник Президента по делам казачества генерал-полковник Г.Н.Трошев: «Казачествотакое, какое оно есть сегодня, государство не устраивает, т. е. власть не устраивает. С 1990 г., возрождение стихийное. В ХХI в., казачество с его «навозным патриотизмом» - анахронизм; общины, традиции – средневековое мракобесие, «упертое казачество» современному государству европейского уровня просто вредно. Мы создадим новое казачество из чего угодно, без так называемых казачьих потомков, тянущих  нас назад к феодализму». Эта фраза родилась не спонтанно.

В начале 2000-х годов произошла смена поколений в реестровых обществах. Носители подлинно казачьей традиции, в основном пожилые люди, умерли или отошли от активной работы. Их место заняли люди среднего возраста, которые в 1995-1998 гг. осознанно избрали путь разрыва отношений с Общероссийской общественной организацией «Союз казаков» и выбрали реестр. Прошлое новых казачьих активистов было тесно связано со службой в МВД и милиции. Казачий уклад и обычаи уступили место псевдорелигиозности и ложным представлениям на историю казачества. Там, где знаний не хватало, в ход шло элементарное заимствование из практики Союза казаков. Так был переложен «Кодекс чести казака», разработана система управления казачьими обществами по аналогии с «Союзом». Скопированы были и исторические анахронизмы, никогда не встречавшиеся в казачьей практике до революции: советы атаманов, советы стариков, обязательное присутствие православного священника на всех Кругах, сходах, сборах, правлениях и т.п. (последнее было взято из книг о некрасовцах, но у них это было оправдано тяжелой религиозной ситуацией).

Основа дореволюционной казачьей жизни состояла в единстве воинской службы, особых принципов экономики и казачьего самоуправления, при определенной привилегированности внутри империи. Дать казакам возможность почувствовать чувство локтя во время военной службы, взаимовыручку в хозяйственной жизни – значит позволить стать казаку господином своей судьбы, ощутить отдельным казакам принадлежность к этно-социальной общности под названием «казачество».

 Видимо допустить это нельзя. Поэтому казачество раскалывается (из некоммерческих организаций «казачьих обществ» выделяются некоммерческие партнерства, куда, как предполагается отправлять членов обществ старше 65 лет); вместо земли атаманов переводят на жалования в органах государственной власти и местного самоуправлении; вместо службы – создание частных охранных предприятий; вместо потомственных казаков (а также людей, безоговорочно  принявших на казачий образ жизни), «основатели казачьих родов» (грамоты-потенты на это будет раздавать Русская Православная Церковь).

В последние 6-8 лет идет планомерный, но необратимый внутренний процесс расказачивания «реестра», выражающейся, для всего российского (шире, мирового) сообщества в дискредитации возрождения казачества. К этому относится создание войсковых казачьих обществ, в местах нетрадиционного проживания казаков, перекройка земель исторических казачьих войск, поглощение одних войск другими. Из реестра с каждым годом уходят принципы казачьей демократии, заменяясь чиновничьим произволом и пресловутым административным ресурсом. Должности атаманов плавно переходят  в руки чиновников и отставных офицеров МВД. Без реальной военной службы деятельность реестра скатывается к «всероссийскому ЧОПу».

Хочется отметить, что в Великороссии такого явления как «реестровое казачество» до 1995г. никогда не существовало.  Казаки Московского царства – представители различных этнических групп со значительным превалированием в своей среде великорусского элемента, исповедовавшие православную веру, были выходцами из различных регионов, добровольно променявшие свою тяжелую, но более спокойную долю в государстве, на беспокойную, хотя вольную жизнь защитников рубежей Отечества.Позже, в эпоху Российской империи, казачьи войска создавались по указу русских царей и служили царям, как персонифицированным носителям суверенитета страны. Но никогда в русской истории казаки небыли наймитами за подачку, приставленные надсмотрщиками к другим казакам. Это родовые пятна польско-литовского реестра.
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл объявил 1 сентября, день Донской иконы Божией Матери, днем православного казачества.Поможет ли это, покажет будущее.Главное, чтобы не забылись вещие слова великого русского писателя Николая Васильевича Гоголя: «Казачество – это искра, высеченная из груди русского народа ударами бед».

 

 

Торопицын И. В.

 

Знакомство наследника российского престола Николая Александровича с жизнью астраханских казаков

 

В жизни астраханского казачества не часто происходили события, связанные с визитами коронованных особ либо представителей царствующего дома Романовых. Об одном из таких редких эпизодов поведали в своих письмах, которые были опубликованы в газете «Московские ведомости», профессора К. Победоносцев и И. Бабст[4], сопровождавшие наследника российского престола Николая Александровича по поездке по России в 1863 г.

«Мы старались, сколько могли и дозволяло время, - отмечали они в предисловии к книге, посвященной данной поездке, – показать любопытным читателям все. Что сами видели и слышали, чего сами были свидетелями, – то есть все, на чем останавливалось внимание Высокого путешественника» [Победоносцев, Бабст, 1864: III]. Таким образом, сведения, изложенные этими авторами, следует признать вполне достоверными и важными источниками по истории астраханского казачества середины XIXв.

Первая встреча наследника российского престола с астраханскими казаками произошла 23 июля 1863 г. на пристани недалеко от селения немецких колонистов Сарепта, куда пристал теплоход «Турист», на котором путешествовал по Нижней Волге цесаревич Николай Александрович. После обычного в таких случаях приветствия со стороны собравшихся и высоких гостей на пристани наследник российского престола изъявил желание посетить колонию. «Коляска Великого Князя уехала далеко вперед, – отмечают К. Победоносцев и И. Бабст, – окруженная небольшим отрядом казаков Астраханского казачьего войска… Интересно было смотреть, как ехал по степи этот пестрый кортеж, собравшийся кучею около коляски Наследника. Выше всего выглядывали пики и мохнатые шапки астраханских казаков и огромные фигуры Калмыков в синих балахонах верхом на верблюдах; вокруг бежал пеший и скакал конный народ, а позади желтелись яркие цвета одежды гелюнов, замыкавших поезд верхом на лошадях» [Победоносцев, Бабст, 1864: 312].

В ходе дальнейшего путешествия по Волге цесаревич Николай Александрович не отказал себе в удовольствии ближе познакомиться с жизнью астраханских казаков, мимо станиц которых проплывал их теплоход.

К. Победоносцев и И. Бабст обратили внимание, что если бы не казачьи станицы, по путешествие по Волге до Астрахани было бы однообразным. «Почти все они (станицы. – И.Т.) расположены на крутизнах, – указывают они, – и когда мы проходили мимо, все население встречало Великого Князя громкими криками. У некоторых станиц пароход останавливался, и Великий Князь принимал депутацию от казаков с хлебом-солью».

Посещение одной из казачьих станиц историографы путешествия описали достаточно подробно, благодаря чему мы имеем возможность узнать, как жили астраханские казаки в то время. «Мы причаливали к Ветлянской станице, – сообщают К. Победоносцев и И. Бабст, – где у берега выстроились рядами казаки, и седой урядник встретил Великаго Князя у стола, на котором стояла хлеб-соль и лежали два огромные арбуза. По крутой подъемной дороге, прорезанной сквозь отвесный берег, Великий Князь пошел пешком в церковь: вслед за ним повалило все население…» [Победоносцев, Бабст, 1864: 342].

Ветлянинская станица предстала перед высоким гостем и его свитой во всем своем колорите. Дома казаков (хаты и мазанки) были «неправильно» разбросаны около берега, в станице посетителям не встретилось «ни одного деревца, ни зеленой травки». По словам К. Победоносцева и ИБабста, повсюду виднелась «желтая голь» и не видно вспаханной нивы около поселения, только на горизонте виднелись кое-где разбросанные калмыцкие кибитки. Наследник престола пожелал войти в одну из хат и посмотреть обстановку домашнего быта у казаков. «Мы подивились чистоте и опрятности внутри небольшаго домика, принадлежавшаго простому казаку», – отметили авторы в своих путевых заметках [Победоносцев, Бабст, 1864: 342].

Сопровождавшие цесаревича лица обратили внимание на то, что в этот момент в станице были в основном женщины и дети, последних «всякого возраста» было особенно много. «Интересно нам было приглядываться к этому новому для нам типу Астраханскаго казака, – пишут К. Победоносцев и И. Бабст, – в котором с первой половины прошлаго столетия совершается переход калмыцой и татарской крови в русскую; особенно заметно это в мальчиках: из них одни имеют чисто калмыцкую физиономию, в других совершилось уже смешение типа калмыцкаго с русским» [Победоносцев, Бабст, 1864: 342].

Наблюдения ученых, сопровождавших наследника престола, и, очевидно, его самого, чрезвычайно интересны, так как отражают реальные впечатления. Так, В. Скворцов отмечал, что среди казаков низовых станиц Астраханского войска «существуют казаки из выкрещенных калмык, сохранившие вполне весь свой калмыцкий тип и обычаи» [Скворцов, 1890: 137–138]. Правда, при этом станицу Ветлянинскую он к таким станицам не относил, что, впрочем, не исключает вероятности того, что в ней в 1863 г. также могли проживать крещеные калмыки, просто их процент к своим соплеменникам-казакам в других станицах мог быть меньше, а потому не показателен для В. Скворцова.

Однако необходимо иметь в виду, что первые впечатления у гостей Ветлянинской станицы могли наложиться на информацию, полученную от официальных лиц. Не случайно К. Победоносцев и И. Бабст подчеркнули в предисловии к своей книге, что помимо личных наблюдений в основу их труда легли также «узаконения», рассказы и записки, которых, по их словам, было «повсюду много: все, от кого можно было ожидать верных сведений, стремились удовлетворить желанию Государя Наследника – ознакомиться с нуждами и с внутреннею жизнию края, по которому совершалось его путешествие» [Победоносцев, Бабст, 1864: IV].

Так, авторы указывали: «Известно, что астраханская трехсотная команда, послужившая началом казачьему войску, и образованная в 1737 году для защиты бывшей царицынской линии, составлена была из 200 крещеных калмыков и 100 русских служилых людей; потом, пополняясь в течении времени крещеными татарами, калмыками, казачьими детьми и разночинцами, команда была преобразована в 1806 году в три полка Астраханского казачьего войска. Теперь Астраханских казаков считают всего более 15000 душ обоего пола; по недородию почвы они мало занимаются хлебопашеством, и промышляют особенно покосами, рыбною ловлей, бахчами и перевозкой тяжестей между Дубавкой и Качалиным. Обязанность Астраханского казачьего войска – содержать кордоны Каспийской и внутренней Астраханской линии, посылать команды в калмыцкую орду, для употребления при улусных попечителях, в ставку хана внутренней Киргизской орды, в Астрахань и Царицын для охраны и конвоев – наконец выставлять полки на службу, куда назначено будет» [Победоносцев, Бабст, 1864: 342–343].

Обращает на себя внимание тот факт, что приведенная авторами информация об образовании Астраханской трехсотной казачьей команды не вполне достоверна. На команду астраханских казаков никогда не возлагались функции защиты Царицынской укрепленной линии – для этого было создано Волжское казачье войско, остатки которого вошли впоследствии в состав астраханского казачества. Численность русских служилых людей на момент формирования данной в 1737 г. команды явно завышена. По сведениям И.А. Бирюкова, крещеных татар в состав астраханских казаков не принимали [Бирюков, 1911: 28, 29, 36], но В. Скворцов допускает их присутствие наряду с калмыками в составе Астраханского казачьего конного полка [Скворцов, 1890: 137]. По всей видимости, спустя почти 130 лет с момента образования Астраханской трехсотной казачьей команды, сведения о первых годах ее существования уже начали стираться в народной памяти.

Наряду с этим, путешественники подметили важные особенности повседневной хозяйственной жизни астраханских казаков. Рассказывая в дальнейшем о состоянии астраханского рыболовства, К. Победоносцев и И. Бабст отметили большое значение, которое имел лов сельди для астраханских казаков. «Рыбий жир – продукт не ценный, за который платится от рубля до рубля 80 к. за пуд, и составляет предмет промышленности станиц Астраханских казаков, занимающихся ловлей бешенки и жиротоплением с 15-го апреля по 5-е мая, – указывают они. – Но часть лова бешенки, получила, слава Богу, в последнее время другое назначение, и как говорит здесь общий голос, благодаря стараниям и указаниям известной экспедиции для изготовления Каспийского рыболовства. До 25 милл. штук  бешенки солится и приготавливается здесь на манер сельдей, и находит себе обширный сбыт. Промысел этот во всяком случае прибыльнее жиротопления» [Победоносцев, Бабст, 1864: 379].

Наследник престола продолжил знакомство с астраханскими казаками в Астрахани и в первый день своего приезда в губернский город после обеда съездил в «главную станицу Астраханского казачьего войска, в 4 верстах от города, на так-называемый Казачий бугор, что на Казачьем ерике». Рассказывая о ней высокому гостю, астраханские власти, видимо, указали, что первые казаки трехсотенной команды жили в Астрахани (русские по домам, а калмыки в войлочных кибитках), но «в 1757 году все они были переведены в новоучрежденную станицу, а затем уже образовались другия станицы вверх по нагорной стороне Волги, к Енотаевску, Черному Яру и Камышину» [Победоносцев, Бабст, 1864: 363–364].

В станице Казачебугровской наследник престола сделал казакам смотр, посетил станичную церковь, где присутствовал на молебне, после чего зашел в дом к станичному атаману. «Между тем, по дороге из Астрахани в Казачий бугор, поднялось пешком, верхом и в экипажах множество жителей, – отмечали К. Победоносцев и И. Бабст, – проведавших, куда поехал Наследник, и на обратном пути в город вся дорога превратилась в народное гулянье. Кроме почетного конвоя Астраханских казаков, около коляски Его высочества всегда собирался конвой приватный…» [Победоносцев, Бабст, 1864: 364].

На этом путешественники заканчивают обзор сведений и наблюдений о жизни и службе астраханских казаков, так поразивших их своим внешним видом в станице Ветлянинской. С того времени казакам Астраханского войска напоминал о встрече с наследником Престола Николаем Александровичем его портрет с собственноручной надписью: «Июль 1863 г. Николай», который был вручен войсковому начальству и с тех пор хранился в присутственной комнате войскового правления [Бирюков, 1911: 442–443].

 

Литература:

Бирюков, 1911 – Бирюков И.А. История Астраханского казачьего войска. Ч. 1. Саратов 1911.

Победоносцев, Бабст, 1864 – Победоносцев К. Бабст И. Письма о путешествии государя наследника цесаревича по России от Петербурга до Крыма. М., 1864.

Скворцов, 1890 – Скворцов В. Историко-статистический очерк Астраханского казачьяго войска. Саратов, 1890.


¹Евграф СавельевПлеменной и общественный состав казачествастр.6

²Догадин А.А Рассказы о службе Астрахаских казаков 1908год стр.9

³Догадин А.А Рассказы о службе Астрахаских казаков 1908год, стр.15

[4] К.П. Победоносцев преподавал наследнику российского престола законоведения, а И.К. Бабст – политэкономию и статистику.

Добавить комментарий

Filtered HTML

  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Email addresses will be obfuscated in the page source to reduce the chances of being harvested by spammers.
  • Разрешённые HTML-теги: <a> <em> <strong> <cite> <blockquote> <code> <ul> <ol> <li> <dl> <dt> <dd> <img> <span> <p> <table> <tr> <td> <br> <hr>
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
This question is for testing whether or not you are a human visitor and to prevent automated spam submissions.
Картинка
Введите символы, которые показаны на картинке.